Кристиан Болтански. «Призраки Одессы»

Пресс-релиз 

Первая персональная выставка Кристиана Болтански в Москве «Призраки Одессы» это рассказ о мифических историях семьи отца художника, выходца из Одессы. Для Болтански эта идеальная страна полна его собственными правдивыми или выдуманными приданиями.

Среди «Призраков Одессы» — история его деда, оперного певца. Потеряв голос, он уехал в Париж. Когда пошел устраиваться на работу на завод и у него попросили рабочее удостоверение, показал свои натруженные руки и был принят. Другая героиня — его бабушка, дочь богатых родителей, вслед за женихом, тайно покинувшая Одессу, чтобы соединится с любимым в Париже. На вокзале она не узнает своего возлюбленного в похудевшем, одетом в рабочую одежду типе. Единственный ее багаж — самовар. Она идет следом за любимым в его комнатенку, выходит за него замуж. Через некоторое время муж умирает от туберкулеза и она остается одна в Париже, не зная языка. Она воспитывает сына, который впоследствии становится знаменитым профессором медицины. Болтански рассказывает что, его бабушка постоянно вспоминала Россию. О том, что ели круглый год дыни. В детстве Кристиана кормили только русской кухней. При этом, отец не разрешал детям учить русский язык (беспокоясь за их ассимиляцию), говоря: «Ты француз, забудь».

Однажды, когда Кристиану был 13—14 лет, вся семья проезжала на машине мимо Одессы, но отец повернул назад. Вся родственники погибли во время войны, там не осталось ни единого родного человека. Отец хотел сохранить в памяти картины прошлого. Хотя как-то раз какой-то юноша позвонил в дверь и представился кузеном. Он пробыл пару недель, потом уехал в Нью-Йорк, где собирался ставить свою оперу. С тех пор он ни разу не появился, и никто так и не узнали, кто он такой.

Этими семейными историями Болтански привязан к своей мифической стране. Каждый художник, считает он, имеет свою собственную мифическую страну; для него, это — Россия. В его искусстве всегда присутствуют жизнь, смерть и существование Бога, а также еврейская традиция насмешки, которая допускает представление о том, что можно быть одновременно сыном Господа и ничтожеством. Именно поэтому работы Билтански не из бронзы или мрамора, а из «бедных» материалов — картона, жести, — тех материалов, которые быстро разрушаются сами по себе. Кристиан Болтански выбирает такие простые и легко узнаваемые всеми элементы, как фотографии, пальто… которые ведут каждого к своему воображаемому миру. Для него каждый человек — существо уникальное и хрупкое, чью индивидуальную память надо сохранить. Например, память его бабушки, от которой ничего не сохранилось кроме самовара, представленного в Москве, и воспоминаний тех, кто её знал. Это индивидуальная память которая противостоит большой коллективной памяти, памяти книг, так же пронизывающей его инсталляции. В каждой из своих выставок он выстраивает новый маршрут из старинных предметов, сочетая их с новыми, мизансцены которых каждый раз обновляются.

В начале каждой работы, говорит Болтански, стоит историческое либо психоаналитическое событие. «Что касается меня, то мне необходимо рассказать об этом, чтобы лучше понять. Я родился в конце второй мировой войны: „спрятанный“ отец, Холокост, страх забвения — все это формировало меня. „Призраки Одессы“ (представленная в Москве) позволяет возродить мои мифические истории. Нужно развлекать мертвецов».

Персональные выставки Кристиана Болтански, в числе прочих, организовывали Центр Жоржа Помпиду в Париже, галерея Whitechapel в Лондоне, Национальный центр современного искусства в Осло, Новый музей современного искусства в Нью-Йорке, Музей Стеделийк в Эйндховене, а также Музей современного искусства города Парижа. Помимо этого он регулярно участвовал в крупных международных выставках: Венецианская биеннале (1972, 1980, 1986, 1993, 1995, 2003), Документа в Касселе (1972, 1977, 1987).